И он ушел… Совсем молодой еще, что такое 57 лет для мужчины? Патрик Суэйзи – один из нескольких моих самых любимых актеров, их мало, а теперь стало еще меньше.
Слова и строки бессмысленны.
Поэтому – молчание. В сотый раз пересмотр Грязных танцев и Привидения.
И прекрасное печальное видео, созданное его поклонником.
Прощай, Патрик.
Ты лучший.
В 1983 году некий журналист, побывавший на североамериканском чемпионате по скрэбблу с призовым фондом в $5000 за первое место, написал статью, где были примерно такие слова: «…В уголке зала сидел старичок, которого окружали десятки репортеров и наперебой что-то спрашивали. «Кто это?» – поинтересовался я у организаторов. «Альфред Баттс! – воскликнули они. – Разве вы не знаете?» Я был потрясен и почувствовал себя так, как если бы бросал мяч в корзину на пару с самим Джеймсом Найсмитом (изобретателем игры в баскетбол) или пеленал бы младенца под присмотром великого доктора Спока». Потому что именно Альфред Баттс придумал скрэббл, популярнейшую игру мирового масштаба.
Read more…
Я позавчера посмотрела Район № 9. District 9. До сих пор под впечатлением. Люблю триллеры и фантастику. Просто обожаю. Другое дело, что много всякой откровенно нудной фигни скрывается под этими лейблами. Некоторые режиссеры думают, что достаточно помещать в кадры гигантских насекомых, наделенных разумом и с зеленой кровью, плюс добавить чуточку манипуляций со стволовыми клетками и Альфой Центавра – и уже будет фантастика. Или достаточно отправить группу студентов на разваливающемся авто, которое ни-ко-гда и ни за что не заводится в нужный момент, классика жанра, куда-нибудь в сельскую местность, где бродят маньяки под видом сельских учителей и мелко шинкуют по две-три семьи в ночь, включая домашних животных, – и это уже триллер.
Read more…
«Русская жизнь» и «Русский журнал». Навсегда? Видимо, да.
Причины понятны: достаточно выдернуть цитаты с сайтов изданий.
Вот первая. «Уважаемые читатели! В связи с прекращением выпуска журналов «Русская жизнь» до 31 августа мы устраиваем прощальную распродажу прошлых выпусков нашего журнала… Приносим свои извинения за неудобства».
Не принимаю. Потому что неудобства уж очень неудобные. Со мной никто не посчитался – но кто я? Песчинка-пылинка в читательском море, не более. Не принимаю, но смирюсь. Авторы так или иначе проявятся на других бумажных и электронных страницах, но, возможно, это будет уже не то. Потому что авторы&журнал были удивительно гармоничны в комплексе, так сказать. Потому что отдельно свеклу, капусту и морковку я не ем, а в борще за милую душу. (Да простит меня бывшая «Русская жизнь» за столь низменное гастрономическое сравнение.) Любимые русскожизневские имена я найду в Сети, а некоторых (не очень любимых, но связанных с «Русской жизнью») и искать не надо: на любом клочке замасленной вокзальными пирожками газетной страницы можно встретить гордое и вездесущее имя сами знаете кого, которого много. А «Русской жизни» нет. Ее и так было мало.
Вот вторая цитата. «Обновленный электронный «Русский журнал» выходит в свет в весьма непростых обстоятельствах. В мире растет напряжение. Однополярный миропорядок, созданный после окончания холодной войны, рушится. Переживает кризис и мировая экономика. В подобных условиях Россия и мир стремятся найти новые формы более справедливого миропорядка. Но, безусловно, сказывается долгое отсутствие равноправного диалога между ведущими государствами мира и Россией».
И тыды, и тыпы. И читать этот журнал я больше не буду никогда, после такого-то вступления. Вот названия статей, поименованных на главной странице сайта «лучшими публикациями»: «Путин обязан дать Медведеву шанс стать великим президентом», «Путин сумел многих обмануть», «Украинский гамбит президента Медведева», «Мир тотальной включенности и минимальной рефлексивности»… Вы хотите это читать? Читайте. Я не буду, мне остобрыдло.
Прощай, «Русская жизнь». (Говорю с пустой надеждой на.)
Прощай, «Русский журнал». (Навсегда, несмотря ни на что.)
Ну кто бы знал и помнил до сих пор имя фермера Макса Ясгура, если бы сорок лет назад он не согласился сдать в аренду свое обширное люцерновое поле, за что его страшно третировали соседи по ремеслу, грозили устроить бойкот молоку от его буренок, отчего Макс получил сердечный приступ аж? Да никто бы не знал. Но сдал гранд-поляну длинноволосым – и навеки связал свое скромное имя с именем Вудсток. Именем легендарного фестиваля, равного которому по масштабу и статусу история рок-культуры, а может, и история масскульта вообще, видимо, еще не знает. Да и вряд ли узнает, времена не те, трубы пониже, дымы пожиже.
