Для игры в домино необходимы примерно три десятка черных костяшек с белыми точками-цифрами и любая горизонтальная поверхность, желательно твердая, чтобы доминошки не съезжали и чтобы эффект последнего хода, сопряженного с кличем «Рыба!», заставил содрогнуться все бельевые веревки и детские песочницы во дворе. Потому что домино с его несложными правилами и простым инвентарем – истинно народная игра. Незамысловатая и общепримиряющая, как бег на месте.
В родословной домино крайне мало тайн. Возможно, эта игра, как и многие другие, родом из Китая, а может, и нет. Археологи находили костяные пластинки с черными метками, в которые играли (или на которых гадали?) эскимосы Америки много сотен лет назад, а подозревать жителей иглу, яранг и чумов в связях с Великим Шелковым путем довольно сложно. Название игры красиво и лаконично. Звучит как аккорд: до-ми-но. Заманчиво было бы связать имя игры с монахами-доминиканцами. Просто и понятно. Хотя сложно представить себе монаха, «забивающего козла» на интерес или чашу церковного вина на пару с настоятелем. Можно провести аналогию с маскарадным костюмом «домино» в черно-белых тонах. Или с латинским словом dominans, что означает: повелитель, главенствующий, а стало быть – победитель. Самая вероятная версия такова: домино названо в честь маскарадной полумаски черного цвета, скрывающей лицо и позволяющей сверкать только глазам в прорезях. Как там именовали игру в древнем Китае, если она действительно оттуда, нам уже и не узнать, а Европа с ее маскарадами и любовью к развлечениям как-то ближе и понятнее. Правила игры просты, но лучше всего изучать их не по инструкции, а путем личного участия. И чтобы друг сидел рядом и попутно объяснял, что и как. Хватит нескольких партий, чтобы разобраться в теории, выучить термины и даже выиграть, выдающегося таланта не надо, главное – внимание и элементарное везение, которое никакому объяснению не поддается. Однако несправедливым будет не упомянуть о том, что состоялось уже несколько чемпионатов мира и Европы по домино, первый – в 2003 году, что недалек тот час, когда и Россия обзаведется собственной федерацией домино, а в мае 2009 года в Санкт-Петербурге пройдет международный чемпионат. А еще доминошники всего мира уверены, что игра в будущем станет олимпийским видом. Почему бы и нет?
О необычайной популярности домино говорит и тот факт, что название игры вошло в абсолютно неигровые сферы человеческих занятий. Политики и философы часто употребляют в своих речах и статьях термин «эффект (теория) домино», смысл которого в том, что «если выставить на попа в ряд костяшки домино и толкнуть первую, то она непременно повлечет за собой падение всей цепи». Родоначальником термина считается американский президент Эйзенхауэр, употребивший его в своей публичной речи, но характеристику явления применил к ситуации знаменитый Джон Фостер Даллес – госсекретарь при Эйзенхауэре, имевший не менее знаменитого брата по имени Аллен Даллес. Впрочем, это и входит в прямые обязанности госсекретарей: готовить речи для президентов и подсказывать удачные выражения, да и действия порой. Термин «эффект домино» прижился молниеносно, так как был предельно емок, понятен и нагляден. И хорошо ложился на реалии: вспомним цепную реакцию победы социализма в десятках стран или разрастание локального вооруженного конфликта – по итогам покушения на царственную особу – в Мировую войну. Сейчас «теория домино» снова оправдывает свою жизненность: финансовый кризис повергает ниц государства-«костяшки», вовлекая в синхронное падение сотни банков-заводов-газет-нефтепроводов со всеми их коллективами, состоящими из живых людей… И не исключено, что на какое-то время простецкое домино станет любимой игрой обанкротившегося среднего класса, затрат-то никаких! Крепкий и большой стол. Коробка с черно-белыми костяшками. И друзья рядом.
(К.Т. Story ©)