«Наши поступки подобны строчкам буриме: каждый связывает их, с чем ему заблагорассудится». Такое вот интересное применение термину «буриме» нашел Франсуа де Ларошфуко – великий мыслитель, известный еще и своими афоризмами на все случаи жизни. Ироническая забава bouts-rimes, что означает «рифмованные окончания», была придумана, разумеется, французами – затейниками и любителями изящного.
При дворе Короля-Солнце, Людовика XIV, известного своим пристрастием не только к войнам, но и к разнообразному досугу, литературные игры были в большой чести. Пиры, балы, сражения, интриги, шуры-муры и амуры оставляли время и для салонных развлечений, и для козыряния своими талантами. Стихи лились ручьями, музыка – водопадами, художники были востребованы как никогда, а модистки вообще без дела не сидели, такое было время… (Визитные карточки, к слову, появились именно во времена Короля-Солнце, обувь на правую и левую ногу по отдельности стали тачать тогда же, а Версаль из обычного охотничьего замка превратился в королевскую резиденцию, затмившую Лувр.)
Среди придворных рифмоплетов подвизался и некий поэт по фамилии Дюло, имени которого история не запомнила, увы. Видимо, поэзия его была сугубо «социально ориентированной» – на лесть царственным особам и услаждение слуха дам и кавалеров красивыми сочетаниями рифм. Но как бы там ни было, в историю Дюло-без-имени все же сумел войти и надежно укрепиться, пусть и одной строчкой в Бриттаннике и прочих энциклопедиях. Случилось это так.
«У меня украли три сотни гениальных сонетов! – заламывал руки Дюло. – Как я теперь без них, это такой труд, такой труд… и музы так капризны». Соратники по изящному перу усомнились: «Триста?! Это ты, мсье, загнул». Сложно сказать как, но Дюло «раскололся», признавшись, что украденные сонеты, собственно, были полуфабрикатами, заготовками для будущих стихов, набором рифм. Нужно быстро похвалить неземную красоту очередной фаворитки – а заготовки-то, можно сказать, за кружевной манжетой! В пять минут готов рифмованный дифирамб – и все довольны. Буриме быстро превратилось в салонную забаву, вошло в моду, а коллеги Дюло, вдоволь поиронизировав над незадачливым халтурщиком, взяли, однако, его приемы на заметку и пользовались ими вовсю. Один известный поэт восемнадцатого столетия написал целый сборник стихов, рифмы для которых лично отбирала некая знатнейшая дама… высокие отношения, что и говорить!
В веке девятнадцатом игра была слегка подзабыта, другое настало время, но в 1864 году великий Александр Дюма – ненасытный, кажется, до всего, будь то творчество, работа, еда, питье, женщины, скандалы etc, – объявил на страницах популярного издания Petit journal стихотворный конкурс по заданным рифмам. Около четырех сотен поэтов состязались между собой, а их вирши были собраны в книге Bouts rimes publies par Al. Dumas и наверняка послужили «подручным инструментом» для будущих любителей и профессионалов пера, рифмы и бумаги. Из Франции игра перекочевала на страницы изданий и в литературные салоны других стран, добралась и до России – в 1914 году петербургский журнал «Весна» (редактор – Николай Шебуев) с успехом проводил конкурсы буриме, и участников было предостаточно. Жанр не утратил популярности и в советские времена – в играх КВН и на эстраде: «весёлые и находчивые» и многие мастера разговорного жанра успешно практиковали экспромты на заданные рифмы и темы.
Правила буриме на первый взгляд просты: требуется сочинить четверостишие (иногда и целые поэмы, но это занятие для людей особого, скажем так, склада ума), используя заранее предложенные рифмы. Иногда задается и смысловое направление текста (шутка, настроение, агитка, реклама, чистый гламур, махровый пиар, забубенная философия и т.д.). Рифмованные концы могут быть совершенно абсурдными (типа Делон-одеколон, превед-медвед), но содержание стиха должно являть собой образец цельности, гармонии и смысла, замешенного на тонком юморе. Кстати, одним из первых игровых ресурсов российского интернета был именно портал буриме, возникший еще в 1995 году! И до сих пор счетчики посещаемости сайта крутятся безостановочно. Буриме вполне может стать семейной игрой (известная «Чепуха» того же рода), забавой веселой компании, инструментом развития творческих способностей малых деток, даже способом снимать кино не для всех (один режиссер начинает, другие по очереди принимают эстафетную палочку и домысливают-доснимают)… да чем угодно! Были бы рифмы и желающие оценить результат по достоинству. (К.Т. Story) ©